Лариса ВОЛОДИМЕРОВА - ЧП
Заурбек Талхигов: В тюрьме меня специально заразили гепатитом

 

 

 

 

Редакции ЧП удалось передать Заурбеку Талхигову несколько вопросов и получить на них ответы. Ответы Заурбека Талхигова воспроизводятся без правок и сокращений.

*********

Чеченпресс: Заурбек, на какой стадии находится пересмотр твоего дела?

Заурбек Талхигов: Я не видел своего адвоката 2-3 месяца. Я подавал множество исковых заявлений, и теперь мне дали тюремный срок. Журналистов ко мне не пускают, со мной пыталась встретиться Анна Степановна Политковская, ей встречу со мной запретили.

ЧП: Поступают сведения, что Страсбургский суд принял твое дело к рассмотрению.

З.Т.: Почему Страсбургский суд не оповещает о своем решении лично меня? Может быть, они посылают данные только адвокату? Я ничего не знаю о решении суда. Российские судебные инстанции менее объективны, чем Страсбургский суд, и я надеюсь на Страсбург.

ЧП: Что именно тебе вменяют в обвинение?

З.Т.: Почему я сижу? Мне вынесли приговор только на предположении, я не могу достучаться до журналистов, до правозащитников. Все юридические нарушения, совершенные против меня, совершены и против объективного разбирательства уголовного дела Норд-Оста. Решили просто: один виноват и дело закрыто. А столько невинных погибло...

ЧП: Верны ли сведения, что ты помог освободиться из Норд-Оста иностранцам?

З.Т.: Меня осудили на 8 с половиной лет, но переговоры на том этапе уже шли успешно о выдаче иностранных заложников. Иностранцев из Норд-Оста должны были отпустить, мы практически уже договорились, но переговоры были прерваны специально, так как Норд-Ост было выгодно представить как международный теракт.

ЧП: Как произошел твой арест?

З.Т.: 25-о числа меня усыпили соком с добавками, проснулся я только 28-о, это и был день предполагаемой выдачи иностранных заложников. Когда я проснулся, было уже поздно. Все объяснительные записки, написанные мной в тюрьме, были уничтожены. Я не был на зоне, оказался сразу в камере, и так как я молюсь ночью, мне сразу дали самый строгий тюремный режим. Это страшно сидеть в тюрьме, так как я пошел помочь людям, это самое страшное, а не физическая боль.

ЧП: В СМИ просочились сведения, что тебя избивают в тюрьме. Это так?

З.Т.: Бьют и пытают везде, что творится в Ингушетии и Дагестане, но физическая боль проходит...

ЧП: Кто-то помогает тебе?

З.Т.: Очень помогала мне Политковская, она даже пыталась привести адвоката на Радио Свобода. Мой адвокат мне не помогает, я считаю, что все в России, связанные с заключенными, находятся под колпаком и от них помощи быть не может. Я прошу акцентировать: я ищу правду не ради себя, а ради факта взрыва в Норд-Осте. А если бы мои близкие были там... Мне в России жить, если меня не убьют, и я ищу правды (меня  специально заразили гепатитом, сейчас начали лечение, которое не помогает).

*********

Справка Чеченпресс:

Талхигов Заурбек Юнусович родился 22 июля 1977 года в чеченском городе Шали. После начала Первой российско-чеченской войны в 1995 году Заурбек вместе с семьей матерью и тремя сестрами переехал на время в Дагестан. Семья Талхиговых вернулась в Чечню лишь в июне 1996 года. А в 1999 году Заурбек уехал в г. Санкт-Петербург, где стал зарабатывать на жизнь коммерцией.

В день захвата заложников в Театральном центре на Дубровке в октябре 2002 года Талхигов по делам оказался в Москве. Утром 25 октября он откликнулся на телеобращение депутата Госдумы РФ Асланбека Аслаханова, который призвал всех чеченцев, находящихся в Москве, прийти к ДК на Дубровке и окружить здание живым кольцом.  

Асланбек Аслаханов попросил Заурбека связаться с чеченскими диверсантами и сообщил ему телефон Мовсара Бараева. С этой же просьбой к нему обратились находившиеся рядом голландские журналисты и гражданин Нидерландов русского происхождения Олег Жиров, у которого в Норд-Осте оказались жена и ребенок. Талхигов, в присутствии представителей российских спецслужб и с их одобрения, позвонил Мовсару Бараеву, просил освободить иностранцев. 

По свидетельству очевидцев, переговоры Заурбека Талхигова с группой Бараева об освобождении иностранных граждан шли довольно успешно. В частности, 25 октября за день до штурма, ему вместе с депутатом Украинской Рады О.П.Беспаловым удалось достичь предварительного соглашения о скором освобождении граждан Украины.

Однако довести до конца с трудом добытые договоренности так и не удалось: в тот же день через полтора часа после последнего разговора с Мовсаром Бараевым, Заурбек Талхигов был задержан представителями ФСБ. Ему предъявили обвинение в пособничестве террористам.

На процессе по делу о захвате заложников в здании Норд-Оста свидетели один за другим подтверждали невиновность Заурбека. Тем не менее, 20 июня 2003 года Мосгорсуд признал 25-летнего Заурбека Талхигова виновным в пособничестве терроризму и захвате заложников (ст. 30, 205 и 206 УК РФ) в театральном центре на Дубровке и приговорил его к 8-ми с половиной годам лишения свободы в колонии строгого режима. 9 сентября 2003 г. кассационная инстанция в лице судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ оставила в силе приговор. Между тем, в тексте этого приговора открытым текстом отмечалось, что, когда Заурбек Талхигов пришел к Театральному центру, умысла на оказание пособничества террористам у него не было.

По словам адвоката, в ходе судебного разбирательства из ФСБ сообщили, что часть распечаток переговоров Талхигова с боевиками уничтожена за ненадобностью, поэтому суд смог изучить лишь малую часть переговоров, а большая, по поводу освобождения заложников, которая могла бы оправдать действия Талхигова, осталась вне его внимания. Гособвинитель также признал это, он сказал: Действительно, в суд была представлена только часть переговоров, но это произошло потому, что чекисты не сразу получили санкцию на их запись. В итоге Заурбек Талхигов получил за попытку помочь освобождению заложников восемь с половиной лет заключения в колонии строгого режима.

Злоключения Заурбека продолжаются и в заключении. После того, как его жалоба в Европейский Суд была коммуницирована России (т.е. по этому делу Европейский суд сделал официальный запрос России) администрация колонии подала заявление об ужесточении режима его содержания. 11 августа 2005г. в Сыктывкаре состоялось заседание суда по этому заявлению. Талхигову было предъявлено обвинение в регулярных 23-х нарушениях режима содержания. Среди них такие:

- Заурбек обратился к охраннику на ты (что принято у чеченцев);
- отказался есть грязной деревянной ложкой, по словам охранника, специально принесенной из туберкулезного барака, и сломал ее;
- не выполнил команду отбой, потому что не закончил молитву;
- вышел на построение в новой одежде без нашивок, которые получил за минуту до построения, при этом ниток и иголки ему не дали.

За все эти прегрешения Заурбек уже получил и отбыл дисциплинарные наказания. Суд принял решение о переводе Талхигова на два года из колонии в тюрьму.