Из камеры в камеру. Интервью Михаила Трепашкина
Интервью c Михаилом Трепашкиным провела Лариса Володимерова.

 

05.01.08 г.

 

Демократические западные институты с профессиональным интересом наблюдают, как складывается свободная жизнь недавнего российского политзаключенного, адвоката Михаила Трепашкина. Предыстория недавно в очередной раз обошла различные СМИ, а мне хотелось бы остановиться на происходящем сегодня.

Худо-бедно Михаила Ивановича подлечили в московской больнице . Быт и общее беззаконие объединяют с народом:

Михаил Трепашкин: - Проблем масса во всем. Во-первых,  после обысков и длительного нахождения  в зоне без должной реакции на беззакония (фактически бандитствующий беспредел), я не храню дома какие-либо материалы, не пишу на правозащитную тему, у меня пока нет рабочего места. Во-вторых, у меня была изъята и поломана вся оргтехника. Сейчас собираю по крохам (помогают Т.Монахова, М.Кригер). Даже компьютером пользуюсь чужим, друзья дали, пока свой приобрету. 

Ясно, что это затрудняет работу. В-третьих, у меня уже масса обращений о помощи от семей осужденных. А средств на все нет. Думал о возможном гранте (для начала, пока сам раскручусь), но не знаю, как это делается и куда можно  обратиться.

Из-за этого я не могу пока быть полезен в ситуации с сайтом памяти А.Литвиненко, сделанном Е.Маглеванной, которую я ценю и уважаю. Сложность активной работы сейчас также в том, что я не могу собрать свой разбросанный архив, ведь у меня не только изъяли все, что было оборудовано, но и раскурочили все так, что сделать ничего нельзя (в суде мы это лицезрели, когда ставили другой компьютер для считывания оставшейся информации).

Я благодарен правозащитникам за то, что вы  не опускаете рук и   продолжаете  немало делать ради восстановления прав человека,   вездесущно нарушающихся в России (моих прав, в частности, - как пример беззакония со стороны власти). Я еще раз хочу подчеркнуть: нынешняя власть, хотя и купается в золоте и роскоши (обратите внимание, в какой обстановке заседает тот же Госсовет), по сути преступна. Я использую их преступный слэнг  - мочить,  липовать и т.п.

ЛВ: - В открытом письме президенту Б.Березовский использовал тот же жаргон, понимая, к кому адресуется. В Большом Зале филармонии и на сходке братков применяют разную лексику... На ум приходит с волками жить и в чужой монастырь со своим уставом...

МТ: - До того, как меня чисто бандитским путем засадили за решетку, я  тоже не принимал подобных слов и выражений. Но реальность такова, и нужно называть вещи своими именами. У нас во главе государства стоит бригада с такими же повадками, как и в фильме Бригада, и со своим слэнгом. Я научился разговаривать на их языке.

ЛВ: - Множество документированных разоблачений прозвучало с наших страниц в адрес правозащитников, подобных Мерзляковой (представителя Страсбурга). Что Вы могли бы добавить?

МТ: - Аппарат Лукина В.П. - это тоже паразитическая организация, на счету которой (из-за халатности) крови и трупов не меньше, чем у Путина В.В. В Свердловской области из-за сюсюканья  госпожи Мерзляковой - сотни трупов, не говоря уже о пытках и  издевательствах. Мало до кого доходит, что ее визиты, которые казалось бы должны прекратить преступные действия ГУ ФСИНовцев, после ее отъезда  приводят к жутким  издевательствам. А на все жалобы с легкостью отвечают: Мерзлякова приезжала, и ничего не подтвердилось. Ее все осужденные так и называют - политрук ГУ ФСИНа. Она не хочет портить имидж Сверловской области и ее босса Росселя  с приклеенной улыбочкой, вызывающей у большинства населения рвоту. Вот такая же ситуация - и с аппаратом Лукина.  

Все они выполняют роль женской прокладки. Создают вид комфорта и уюта в обществе, где все далеко не так. Если эти структуры ликвидировать, то люди от этого ничего не потеряют. Я в этом абсолютно убежден.

Мерзлякова в период приездов к нам еще на участок колонии-поселения  напивалась с администарцией и потом приходила с залитыми водкой глазами беседовать. Могла она с такими коррупционными отношениями (а ей еще и подарки вручались, как и всем другим проверяющим) бороться с нарушениями прав осужденных, против пыток и издевательств? В Нижнем Тагиле из-за ее молчания и молчания бывшего прокурора-беспредельщика  Кукушкина  было убито несколько десятков школьниц! Вам что-нибудь известно об этом?  

ЛВ: - Интервью с Вами читают и в Страсбурге. Ваши свидетельства, Михаил, крайне важны и спасут жизнь многим. Для предстоящего Трибунала мы собираем все данные о произволе российских властей и судов.

МТ: - Я писал на эту тему, и не единожды. Мои попытки хоть как-то обратить внимание властей были расценены, как агония. Когда  Мерзлякова осенью 2005 года заявила, что будет решать вопрос моего перевода в соответствии с Законом в Московский регион, начальник отряда Головин А.Ю. сказал: Эта проститутка сейчас наобещает, а мы пошлем ее на хй!. Вот таково отношение к уполномоченному в Свердловской области со стороны ГУ ФСИНовцев!   

Так оно и получилось в итоге. Она там повязана, погрязла в коррупции.  А ведь Мерзлякова - член бюро Европейского института омбудсмена! Вот   такие кадры от России лезут в европейские правозащитные структуры.

ЛВ: - Как правило, больше всех помогают простые, честные люди, не обремененные чинами и зарплатами. Постоянно с этим сталкиваюсь, прося помощи для пзк. Немало народу, особенно из пострадавших, боролось за Вас в России и за границей, - но каково, поподробней, Ваше отношение к официозу?

МТ: - Я не верю в решение даже Европейского суда. Влияние властных российских чинов очень велико (например, судья от России  Ковлер А.И., чьи выступления заслуживают самой категоричной критики). Меня держали среди вшей и клопов, месяцами без прогулки, в химикатах (дусте) и т.п., а Европейский суд присудил 3.000 евро лишь за то, что вместе со мной курили в камере.

А где остальные более 200 нарушений? 

Ведь они у нас остались и применяются теперь на других! Европейский суд признал их допустимыми? Камера, в которую меня поместили 22 октября 2003 года, была в прямом смысле слова засрана, и говно размазано по стенам. Ступить было некуда. Что стыдно было адвокатам переписать все это в жалобе? Вот и результат! Моя сила в свидетелях и реальных независимых проверках. Но! Свидетелей никто не захотел опросить. А проверок не было. 

ЛВ: - Давайте акцентируем этот момент для других заключенных и их защиты: Вы считаете, что следует делать упор на показания свидетелей и добиваться независимых проверок. Прежде, чем Вы продолжите, хотелось бы привести замечательные слова по поводу российских и чеченских реалий из недавней статьи В.Новодворской:

Представляю себе страсбургских чиновников, которые шлют свои анкеты в Освенцим и спрашивают, почему в раздевалках газовой камеры, которые фашисты выдавали за предбанники, смертникам не предлагали мыло и полотенца! А потому и не предлагали, что в газовых камерах не было душевых, а узников не мыли, а убивали циклоном-Б. Поэтому Ходорковского держали в клетке, не кормили, заставили шить варежки, сажали в карцер за лимон, за чаепитие, за разные пустяки, что хотели его унизить, растоптать, надругаться над ним, довести до самоубийства. Чтобы не понять этого, надо быть или очень большим профаном, или очень большим лицемером, делающим вид, что он ничего не понимает. Нас, кучку российских демократов, сражающихся за идеалы Запада в глухом и мрачном капкане под названием "Россия", Запад предал. Впрочем, Запад предал и себя. А ведь выведение войск из Чечни это требование разумное, выполнимое и справедливое. Пока был жив Масхадов, так и вовсе все было бы хорошо. Но остался еще интеллигент и западник Ахмед Закаев, способный повести Чечню европейским путем.

МТ: - Я могу томами писать на эту тему... Мне глубоко начхать на то, как отнесутся к этому в Европе. Я отсидел срок в таких вот жутких, нечеловеческих условиях, без проверок и должной реакции. И при том, будучи совершенно невиновным! Я  своими жалобами добился множества изменений. И дальше буду потихоньку двигаться в этом направлении.   Сколько смогу. А кричать юристам - мало, нужно доводить дело до конца.
   
Этих именно беспредельных тварей (прокуроров, судей, уполномоченных Лукина, ФСИНовцев и т.п.) я уже не могу воспринимать как нормальных людей. Это фашиствующие в стране бандиты. Я убедился в этом на своей шкуре. И сюсюкаться с ними не намерен, чего бы  мне это ни стоило.  Одно упоминание о них вызывает у меня гневную реакцию неприятия. 

К сожалению, написанного и сказанного мною явно недостаточно,  чтобы прочувствовать, что творится в местах лишения свободы, и как липовые проверки от уполномоченных по правам человека и прокуратуры  приводят к  дополнительным пыткам осужденных, борющихся за человеческие права.

ЛВ: - Чем Вы заняты, как юрист? Если Вы так мужественно сражались за себя и других пзк из-за решетки - то понятно, что Вы и сейчас не бездельничаете.

МТ: - Статуса адвоката я не лишен. Мой номер в реестре адвокатов гор. Москвы сохранен, удостоверение у меня не изымалось, оно действует.  Я как вел, так и веду сейчас массу дел бесплатно, в том числе помогая многим осужденным. Я не хочу по определенным причинам оглашать их фамилии (одни боятся преследований, если станет известно о моей помощи, другие не хотят предавать огласке свои фамилии в СМИ  из-за их положения в обществе, и т.д.). Стомахину я могу помогать в написании надзорной жалобы, но мне надо знать, о чем писали другие (если уже рассматривались какие-то аргументы и по ним дан ответ, то новый адвокат может подавать жалобу уже в вышестоящую инстанцию, а если есть новые аргументы, то можно подавать в более низкие инстанции и т.д.).

ЛВ: - Продолжая публикацию документов, прошу Вас прокомментировать фотографию

 

МТ: - Это снимок военного судьи, полковника юстиции Седова Сергея Петровича, который выносил заведомо неправосудный приговор 19 мая 2004 года по просьбе Главной военной прокуратуры и ФСБ РФ. Это заказной судья. 
  
ЛВ: - Что Вы скажете о других, конкретных, марионетках военной прокуратуры?

МТ: - В  ходе всего  процесса по рассмотрению моих жалоб и ходатайства администрации ФГУ ИК-13 гор.Нижнего Тагила  о замене мне режима колонии-поселения на общий, в зале судебного заседания находился представитель военной прокуратуры Нижнетагильского гарнизона г-н Сабитов Алишер, кроме последнего заседания 9 марта 2007 года ( по причинам, о которых я скажу позже). Относительно личности Сабитова - он беспредельничал в период пребывания в качестве военного прокурора в Чечне. При его одобрении (я молчу о халатности) совершались преступления в отношении мирных граждан. Они приходили к Сабитову с жалобами, а он скрывал преступления.   Алишер Сабитов буквально конспектировал весь ход процесса, в перерывах между заседаниями постоянно находился в комнате председательствующего по делу судьи Тагилстроевского районного суда гор.Нижнего Тагила Ильютика Д.А., изучал и там все судебные материалы, давая, скорее всего, советы судье, как поступить в отношении меня. 

Алишер Сабитов в суде находился не по частному любопытству. Еще в августе 2005 года бывший тогда Главный военный прокурор Савенков А.Н., опасаясь разоблачения своих преступлений по фабрикации моего уголовного дела,  дал письменные указания военному прокурору Нижнетагильского гарнизона подполковнику юстиции Шулятникову В.В. о том, чтобы в отношении  меня был организован прессинг в ИК-13  вплоть до физического уничтожения. 

Открытым текстом было заявлено, что если меня выпустят живым из клетки, то все сядут  за свои преступления (об этом немало писали в СМИ). С подобной просьбой Главный военный прокурор Савенков тогда же обратился и к своему коллеге и.о. прокурора Свердловской области П.П.Кукушкину. Последний, на радостях от такой чести (сам Савенков А.Н. заместитель Генпрокурора России к нему обратился), даже выступил в Свердловской облдуме, развесив липу на уши депутатам о характере моего дела и пообещав наглухо запереть меня в колонии. Это выступление-обещание прозвучало в тот промежуток времени, когда я был отпущен по условно-досрочному освобождению на вполне законных основаниях (указивка на беспредел чуть опоздала).

Получив такие указания сверху, Кукушкин и Шулятников рьяно  бросились их выполнять. События их кукловодческих операций на протяжении двух лет многократно звучали в местных уральских СМИ (судебный беспредел, липовые прокурорские проверки, фабрикации чиновниками ГУ ФСИНа и ФСИН России). Военный прокурор Нижнетагильского гарнизона Шулятников В.В. о своих противоправных поручениях сразу же уведомил начальника ИК-13 письмом  № 25-15 от 31 августа 2005 года, записав, что такие мероприятия  ко мне должны применяться за то, что я бывший адвокат Березовского. Таковы были источники начавшегося в отношении меня правового беспредела в Свердловской области, рабски наклонившейся задним местом к указивке Савенкова А.Н. (который уже не является Главным военным прокурором). 

Оставшиеся после Савенкова в ГВП другие сообщники преступлений по-прежнему контролировали организацию беспредела по отношению ко мне в гор.Нижнем Тагиле. Способствовало этому то, что в регионе много военных объектов, и военная прокуратура здесь имеет вес и влияние на гражданские суды. Вот и судья Ильютик Д.А., может без удовольствия, но безропотно всегда выполнял указания военных. 

Алишер Сабитов из военной прокуратуры лишь 9 марта  2007 года уступил место советника председательствующего другому сотруднику военной прокуратуры Нижнетальского гарнизона, так как сам в это время в срочном порядке писал решение по моему делу об изменении мне режима колонии-поселения на общий (помогал судье Ильютику Д.А. и исполнял указивку Москвы). Ну, а так как Главная военная прокуратура всегда отличалась грубым игнорированием требований Федеральных законов и нарушением прав граждан, то и в моем деле они, видимо, посоветовали судье Ильютику не знакомить меня с протоколом судебного заседания и не вручать его копию. Возможно, что часть протокола судебного заседания за 2006 год вообще где-то потерялась у военных контролеров-кукловодов, поэтому Ильютик,  доверившись военным прокурорам, просто не смог выполнить требования ч.8 ст.259 УПК РФ и прислать мне копию ни в марте, ни в апреле, ни в мае 2007 года, и так направил материалы в Свердловский областной суд (авось прокатит). Вы уже писали об этом  игнорировании требований Закона... Судебная коллегия по уголовным делам областного суда вернула дело обратно. Марионетка военной прокуратуры оказался подставленным своими же кукловодами.

ЛВ: - Спасибо Вам за подробности.